 |
 В демократической Финляндии ухудшение результатов одних партий и улучшение результатов других представляется вполне заурядным. В процессе выборов граждане выражают свою волю и делегируют властные полномочия избранным представителям. Выборы – неотъемлемая часть политического процесса. Ровно двести депутатов парламента избирались непосредственным, прямым волеизъявлением граждан. Предыдущие парламентские выборы были очередными и проходили в 2003 и 2007 годах. В соответствии с действующим законодательством, президент республики имеет право распустить парламент до истечения срока его полномочий и объявить о проведении новой выборной кампании. Страна разделена на четырнадцать избирательных округов, и при определении народных избранников используется система пропорционального представительства. При этом от самоуправляющихся Аландских островов избирается один депутат. Однопалатный парламент наделён правом утверждать представленный правительством бюджет, а также выполнять контрольные функции в отношении работы правительства.Основными темами выборной кампании-2011 стали состояние национальной экономики, безработица, иммиграция, эффективное развитие социальных функций государства, финскость и периферийность в условиях современного этапа глобализации. Основная интрига была связана с демонстрируемым в течение нескольких месяцев последовательным укреплением позиций партии «Истинные финны». Большинство российских медиа некорректно маркировали партию как националистическую. Представляется, что на самом деле «истинные» должны рассматриваться в качестве вполне успешного проектного варианта так называемой «catch-all party». Лозунгов «Финляндия – для финнов» в ходе парламентской кампании слышно не было. Их замещали предвыборные слоганы в духе «Благо людям всей страны». Стоит отметить, что в последние годы партия резко расширила круг избирателей, к которым она обращается. Если прежде для «Истинных финнов» социальный адресат был сугубо конкретен и вполне определён, то некоторое время назад партия начала в буквальном смысле «захватывать всех» - в качестве членов, сторонников, но главное, потенциальных избирателей. Сам термин «catch-all party» вполне удачно ввёл в оборот политолог Отто Киркхаймер с довольно инструментальной целью: показать отличие новой партийной модели, только появлявшейся в конце 1960-х годов, от той, что существовала в Европе ранее. Партии предыдущего типа можно было бы назвать «партиями массовой интеграции». Они ориентировались на те или иные социальные слои, претендовали на выражение определенных социально-классовых интересов. В современной Финляндии феномен «Истинных финнов» наглядно продемонстрировал, как именно партия теряет свою прочную социальную платформу, хотя, с другой стороны, приобретает возможность бороться за «свободного» избирателя, который ещё не сделал своего окончательного политического выбора. Этой партии больше не нужно биться за расширение численности своих рядов – её интересуют, прежде всего, ситуационные предпочтения избирателей, а потому она тратит главные усилия на выработку тактики, позволившей бы привлечь к себе их внимание. Специалисты отмечают, что деидеологизация такого рода партийных структур неизбежна: чтобы охватить как можно более широкий круг избирателей, политики должны хорошо понимать, чего эти самые избиратели желают, а потому они активно исследуют рынок электоральных предпочтений. Политика – вариант большого бизнеса. Партия перестаёт предлагать обществу свою программу, теперь она говорит только то, что хочет услышать массовый избиратель. Как правило, в ряду факторов, определяющих указанную выше динамику, упоминаются маркетинговая революция в политике, усложнение социальной стратификации электората, развитие информационно-коммуникационных процессов и медиатизация политических практик. Избиратели последовательно становятся «включёнными наблюдателями» происходящих качественных преобразований структурно-функциональных оснований, законов организации и самой сущности партийно-политической идеологии как социально-политического феномена. Вполне возможно, именно это выступает ещё одним направлением усложнения современной политики. Сложный человек – сложные сообщества – сложное общество – сложная политика. В описываемых процессах существенным является общеевропейский тренд, характеризующийся тем, что из-за постепенного сближения позиций и программ разных партий найти между ними принципиальную разницу довольно сложно. Идеологическая эклектика в значительной степени способствовала популярности «Коалиционной партии». По сути дела, эволюционно изменился контекст современного идеологического производства. Тотальные идеологии-мировоззрения если и не исчезли полностью, то начали играть роль постоянно флуктуирующих внеидейных ориентиров. Вместе с тем, в сегодняшней Финляндии набирают популярность новые – если не радикальные (крайне левые и крайне правые), то чётко сегментирующиеся по отношению к идеологическому спектру – партийные организации. В значительной мере это как раз реакция на то, что позиции основных партий сблизились, избиратель не видит между ними разницы. А те, кому указанная разница нужна, постепенно выбирают радикалов. В финском обществе растут скептические настроения в отношении всех политических институтов, падает доверие избирателей к партийным формированиям как таковым. Слабеет вера в эффективность политической системы, основанной на партийно-идеологической идентификации. Предварительные результаты выборов: Коалиционная партия – 20.4%, Социал-демократы – 19.1%, «Истинные финны» – 19.0%, Партия центра – 15.8%, Союз левых сил – 8.1%, Зелённый союз – 7.2.0%, Шведская народная партия – 4.3%, Христианские демократы – 4.0%. На основании полученных данных можно предположить, что распределение мест в парламенте для партий-победительниц, т.е. первой «четвёртки» будет следующим: 44-42-39-35. В сравнении с предыдущими выборами: -6 - -3 - +34 - -16. Основными итогами прошедших выборов стали не только безусловный успех «Истинных финнов», но и предельно чувствительное ухудшение результатов «Партии центра». Ранее электоральный результат «ПЦ» базировался на сложении трех ресурсов: высокие личные рейтинги высших руководителей государства, существенная для финской политической культуры идеологически детерминированная традиция ответственного и даже бережливого госуправления и, наконец, собственно инновационные манипулятивно-электоральные технологии. Однако в кампании-2011 партия демонстрировала «инерционный» сценарий, который, как теперь очевидно, не мог способствовать удержанию властных позиций. Премьер-министр Мари Кивиниеми официально признала поражение. Олег Реут – специально для «Полярной Звезды» Автор – специалист в области внешнеполитического анализа, истории и методологии исследования международных отношений, преподаватель кафедры истории стран Северной Европы Петрозаводского государственного университета; работал в Институте Кеннана Международного научного центра им. Вудро Вильсона (The Kennan Institute, Woodrow Wilson International Center for Scholars), Вашингтон (2006), в Центре им. Никсона (The Nixon Center), Вашингтон (2007)
|
