 |
 Готова ли партия власти поделиться мандатами с представителями широкого круга общественных организаций? Кто они – эти новые прильнувшие к власти? В какой мере происходящее может быть направлено на ликвидацию имеющейся многопартийности? Будут ли местные отделения Народного фронта представлять собой «движение снизу» или конъюнктурные цели мобилизации электорального потенциала выступают исключительно элементами, определёнными российским президентом как сугубо политтехнологические?Тринадцатого мая сайт «Единой России» разместил проект декларации об образовании Общероссийского народного фронта. Неожиданных заявлений текст документа не содержит. Ориентация на действия «в интересах России», построение демократического суверенного государства через коалиционное формирование для реализации курса на модернизацию страны и «Стратегии 2020». Очевидно, что обсуждение декларации будет продолжено, тем не менее, на заявленный «максимально открытый режим» мало кто рассчитывает. Резвость и даже поспешность в продвижении идеи Народного фронта однозначно свидетельствует о предвыборной направленности рассматриваемого проекта. Его конечная цель – достижение лучшего результата для «ЕР» на декабрьских выборах в Государственную думу. Рассматривая возможности предвыборного альянса в категориях партийных ресурсов, следует выделить несколько принципиальных моментов. Организационная структура фронта, гармонизация программных и уставных условий вхождения в него будут выстраиваться исключительно на базе «ЕР». В плане активизации участия в политической деятельности предлагаемое объединение, скорее всего, не сможет изменить ситуацию кардинально. Три основных ресурса, которые всё ещё считаются и необходимыми, и достаточными для получения «правильного исхода» выборов по-прежнему неизменны. Во-первых, административный ресурс губернаторов и мэров электорально важных городских поселений. Во-вторых, система подсчета голосов, в которой ключевую роль играет центральная избирательная комиссия. В-третьих, общенациональные телевизионные каналы. – Более 60% россиян не являются Интернет-пользователями. Для них «классика» ежедневных просмотров теленовостей выступает сформировавшейся традицией. При всех разговорах о том, что «россияне меньше смотрят ящик», показатель в 86% тех, кто формирует суточную телеаудиторию, изменений не претерпел. Да, в возрастном отношении определённая динамика проявляется. Но чувствительно меньше в сравнении с другими возрастными группами предпочитают не смотреть телевизор лишь те, кому 18-24 года. Очевидно, что это – не массовый избиратель. Для возрастных групп 25-39, 40-54, >55 – соответствующие суточные показатели находятся на уровне 82, 88 и 93%. При этом именно общенациональным телеканалам по-прежнему доверяют 70% россиян. В Москве и Санкт-Петербурге этот показатель ровно в два раза ниже – 35%. Но, например, на селе – он превышает 74%. Стратегия, связанная с созданием Народного фронта, опирается на общее состояние деидеологизации существующих партийных структур. По сути дела, в рассматриваемом проекте находит ещё одно подтверждение тезис о движении «ЕР» в направлении так называемой «catch-all party». Под думскую кампанию единороссы соглашаются на самопозиционирование в качестве «партии массовой интеграции». Такой ассоциации больше не нужно биться за расширение численности своих рядов – её интересуют, прежде всего, ситуационные предпочтения избирателей, а потому она тратит главные усилия на выработку тактики, которая позволила бы привлечь к себе их внимание. Для того, чтобы охватить как можно более широкий круг избирателей, партийные политики должны хорошо понимать, чего эти самые избиратели желают, а потому они активно исследуют рынок электоральных предпочтений. Партия перестаёт предлагать обществу свою программу, теперь она говорит только то, что хочет услышать массовый избиратель. Если в ряду факторов, определяющих, например, европейский характер описываемых преобразований, упоминаются маркетинговая революция в политике, усложнение социальной стратификации электората, развитие информационно-коммуникационных процессов и медиатизация политических практик, то для российских «событий электорального типа» важнейшим выступает необходимость отвлечь избирателей от самого бренда «ЕР». Снижение популярности партии чиновников и крупных предпринимателей всё более очевидно. Но при этом следует сделать так, чтобы искать в госдумовских бюллетенях «Народный фронт» никому бы не пришлось. Ещё одним существенным компонентом разворачивающегося партийно-общественного альянса выступает попытка привлечь в списки «ЕР» если не новых лидеров, то хотя бы новые лица. Эти кадры подрастали в течение некоторого времени в рамках общественных палат – общероссийской и региональных. Эти люди вполне контролируемы действующей властью, но до сих пор для них не было институционального места. Теперь они последовательно становятся «включёнными наблюдателями» происходящих качественных преобразований структурно-функциональных оснований, законов организации и самой сущности партийной идеологии как социально-политического феномена. Конечно, на этом пути возможны своеобразные зигзаги, и, следовательно, остаётся элемент непредсказуемости. От автомобилистов до блогосферных персонажей а-ля Навальный, стремящихся артикулировать антикоррупционную проблематику. От сторонников сохранения исторической застройки до молодёжи из движения «Наши». От обозлённых экологов до профсоюзных активистов. От Анны Чапман до Дмитрия Рогозина. Казалось бы, политика инклюзивности требует взаимных уступок, на которые перечисленные социальные группы и общественные объединения, очевидно, сегодня готовы пойти лишь под флагом с надписью «Путин». Но обучить всех политическому диалогу за оставшиеся пять-шесть месяцев активной фазы кампании невозможно. Вне зависимости от того, какую публичную конфигурацию в итоге примет проект, смысл его существованию придаёт только фигура нынешнего премьера. В указанном значении у Народного фронта выделяются всего две, взаимосвязанные между собой и вполне, кстати, обычные для доминирующей партии цели. Чётко дать понять чиновничье-бюрократическому сословию, в чьих интересах требуется провести выбор. И постараться выйти из состояния медведевской гаджетной модернизации без революционно-разрушительного срыва. Олег Реут – специально для «Полярной Звезды» Автор – специалист в области внешнеполитического анализа, истории и методологии исследования международных отношений, преподаватель кафедры истории стран Северной Европы Петрозаводского государственного университета; работал в Институте Кеннана Международного научного центра им. Вудро Вильсона (The Kennan Institute, Woodrow Wilson International Center for Scholars), Вашингтон (2006), в Центре им. Никсона (The Nixon Center), Вашингтон (2007)
|
